Деятельность Элиэзера Бен-Йехуды

В новаторской работе о возрожденных языках и об инициаторах их возрождения, опубликованной в 1966 г., американский языковед Эйнар Хауген писал: «По-видимому, у истоков почти каждого движения за возрождение какого-либо языка стоит один энтузиаст, острее других чувствующий неудовлетворенность большинства своего народа. Выходец из народа, язык которого принижен, такой реформатор в стремлении возвысить свой язык обычно руководствуется не только чисто умозрительными мотивами. Он стремится внести вклад в освобождение народа, сделав язык боевым оружием и символом его единства». В возрождении иврита, которое стало одним из самых выдающихся социолингвистических событий современности, такую миссию блестяще выполнил Элиэзер Бен-Йехуда.

Элиэзер Бен-Йехуда (Элиэзер-Ицхак Перельман) родился 7 января 1858 г. в белорусской деревне Лужки. Как почти все еврейские дети в те времена, он с малых лет учил древнееврейский язык — обязательный элемент религиозного воспитания. Элиэзер проявил блестящие способности, и его отправили в высшее религиозное училище (еши-бот), по окончании которого ему предстояло стать раввином. Однако у него, как и у многих других одаренных еврейских юношей в тогдашней Восточной Европе, возобладали мирские интересы, он ушел из ешибота, поступил в русскую гимназию и окончил ее экстерном в 1877 г.

В то время уже возродилось несколько европейских национальных государств, среди них наследница древних Афин — Греция (1829) и наследница древнего Рима — Италия (1849). Эти события произвели на Бен-Йехуду глубокое впечатление и навели на мысль, что утвердившееся в Европе движение за национальные права возможно и в его еврейском народе. Он был искренне убежден, что, уж если болгары, не принадлежащие к народам классической древности, смогли добиться своего государства, тем паче могут добиться того же и евреи — народ Библии, исторические наследники Иерусалима. Правда, евреев в Эрец-Исраэль в XIX веке было очень мало, а их древний язык — иврит — практически стал языком письменным, а не разговорным, но Бен-Йехуда верил, что эти препятствия преодолимы. Евреи должны вернуться на свою землю и снова заговорить на своем языке.

Вдохновленный этими идеями, Бен-Йехуда решил переехать в Палестину. Покинув Россию в 1878 г., он сперва отправился в Париж изучать медицину, чтобы приносить пользу евреям Палестины. Состояние здоровья (он болел туберкулезом) помешало Бен-Йехуде завершить медицинское образование, но не поколебало решимости следовать своим убеждениям, и в 1881 г. он переехал в Палестину в надежде возродить там иврит. Еще в Европе он тщательно обдумывал проблему еврейского возрождения и опубликовал в еврейской печати несколько статей о трех ее аспектах: возрождение нации, государства и языка. Эти ранние статьи можно считать провозвестниками современного политического сионизма, ибо в них рассматривались все основные национальные проблемы: заселение страны, возрождение иврита, еврейской литературы и культуры на исторической родине.

Поселился Бен-Йехуда в Иерусалиме, где различными общинами жили тогда почти все евреи Палестины. Он надеялся сделать Иерусалим центром распространения своих идей возрождения по всей Палестине и по странам диаспоры.

Бен-Йехуда разработал несколько программ, из которых три можно считать самыми важными: «Иврит дома», «Иврит в школе» и «Словарный запас».

Что касается «Иврита дома», то еще до эмиграции в Палестину, окрыленный успехом своей первой продолжительной беседы на иврите, Бен-Йехуда решил говорить с каждым встреченным евреем только на этом языке. Насколько известно, эта беседа состоялась в кафе на парижском бульваре Монмартр не то с Гецелем Зеликовичем, не то с Мордехаем Адельманом. Убедившись, что с друзьями и знакомыми можно беседовать на иврите. Бен-Йехуда решил в Палестине говорить только на нем. Заметим, что это для него не представляло серьезных трудностей, если не считать нехватки слов по некоторым темам. Действительно. Бен-Йехуда восторженно описывает свои первые беседы на иврите, когда они с женой сошли на берег в Хайфе, где он завел разговор с евреями разных профессий — менялой, хозяином гостиницы, извозчиком, которые, как оказалось, умели говорить на иврите довольно свободно, хотя и с ошибками. Однако Бен-Йехуда хотел, чтобы евреи в Палестине говорили только на иврите. Поэтому, когда в 1882 г. у него родился первенец Бен-Цион Бен-Йехуда (ставший более известным как Итамар Бен-Ави), Бен-Йехуда взял у своей тогдашней жены Деборы обещание вырастить первого в новой истории ребенка, у которого родным языком будет иврит.

Бен-Йехуда считал, что это крайне важно для успеха возрождения языка, ибо и родители такого ребенка, и их гости будут вынуждены разговаривать с ним только на иврите, причем на самые разные бытовые темы. А когда ребенок наконец заговорит сам, у Бен-Йехуды появится живое доказательство осуществимости возрождения языка. В предисловии к своему словарю Бен-Йехуда писал: «Если можно восстановить язык, на котором перестали говорить, и сделать его разговорным, выражающим все, что хочет сказать хотя бы один человек, то несомненно такой язык можно сделать разговорным языком и для всего общества».

Заговорившему на иврите ребенку нужны были простые слова, обозначающие бытовые предметы. Поэтому Бен-Йехуда придумал, как сказать на иврите «кукла», «мороженое», «кисель», «яичница», «полотенце», «велосипед» и назвать сотни других предметов. Ребенок рос, а с его ростом обогащался лексикон возрождаемого языка, все естественнее становилась речь на нем. Бен-Йехуда и его ивритоязычная семья стали живой легендой, примером для подражания.

Разработанная Бен-Йехудой программа «Иврит в школе» имела огромное значение, и он прекрасно это понимал. В своих первых статьях, написанных еще до приезда в Эрец-Исраэль, он рассматривал практику российских гимназий, где русский язык внедряли в среду молодежи, для которой он не был родным, через преподавание исключительно на нем. Бен-Йехуда предложил, чтобы по тому же принципу преподавание и религиозных, и светских предметов в еврейских школах Палестины велось на иврите. Он понимал, что главное, а может, и единственное условие возрождения языка будет обеспечено лишь тогда, когда на иприте свободно заговорит новое поколение.

Наряду с обучением молодежи Бен-Йехуда стремился увлечь своими идеями и взрослых. Несколько лет он выступал со статьями в местной газете Ха-хаваиелет, а в 1884 г. начал издавать собственную газету Ха-иви, которая была направлена на обучение взрослых. Хотя ивритская пресса тогда еще только становилась на ноги (первая газета появилась в середине 1850-х годов), Бен-Иехуда. приняв за образец парижскую «Le Figaro», стал освещать в своей газете все, что представляет интерес для жителей страны, в том числе события за рубежом, погоду, моды и тому подобное. Он добился того, что к концу XIX века почти каждый еврей в Палестине мог без особого труда прочесть и понять газету на иврите. Как полагал Бен-Йехуда, издаваемая им недорогая газета убедит людей, что они способны выразитьвсе мысли, и поощрит их разговаривать на нем.

В помощь начинающим говорить и читать на иврите Бен-Йехуда принялся составлять словарь. Еще в Париже он завел словарик для собственного пользования. Это был краткий список слов на иврите и французском в той же записной книжке, где он вел учет покупок. Но, как объясняет Бен-Йехуда в предисловии к словарю, когда он стал часто говорить на иврите и понял, что в нем не хватает многих слов, тогда и словарик стал разрастаться, и в газете он начал печатать списки слов в помощь начинающим. Однако тут возникли новые проблемы.

Беседуя на иврите в семье или с друзьями, он говорил так, как сам считал правильным. Но чтобы иврит стал языком всего общества, слова в нем должны строиться по четким языковым правилам. Поэтому Бен-Йехуде пришлось овладеть специальностью лексикографа. Впечатляющим итогом его тяжелого труда, нередко по 18 часов в сутки, стал 17-томный «Полный словарь древнееврейского языка и современного иврита». Этот словарь, работу над которым после смерти автора завершили его вдова Хемда и сын, и по ceй день уникален в истории ивритской лексикографии.

В декабре 1890 г. Бен-Йехуда основал Совет по языку иврит, который был призван помочь работе над словарем, решая проблемы терминологии, произношения, правописания, пунктуации и т. д. Совет стал предшественником нынешней Академии иврита — высшего авторитета и арбитра по всем вопросам языка.

Словом, Бен-Йехуда явился пророком и пропагандистом, теоретиком и стратегом, знаменем и символом возрождения языка. В 1908 г. он написал в газете Ха-цви: «Для каждого дела нужен только один мудрый и энергичный человек, готовый приложить к нему все силы, и дело пойдет, не смотря ни на какие препятствия... Для каждого новшества, для каждого, даже самого малого шага на пути прогресса необходим первопроходец, который не знает отступления».

← назад | далее →